Вагонетки для подъема руды из шахты.
Фото из фондов музея УГТУ

 

 

rudnik-02

Так выглядит сегодня вход в шахту. 2006 г.

 

rudnik-01

В 1930 году одной из геологических партий Ухтинской экспедиции ОГПУ в составе геолога А. А. Аносова, горного инженера Б. Р. Компанца, топографов Литвинова и Кайдалова было поручено произвести исследование площадей в верховьях Ижмы на предмет поиска месторождения природных асфальтитов, признаки которых были обнаружены геологом Черновым А. А. еще в 1902 г. Побывал здесь в 1909 г. и неутомимый А. Г. Гансберг, результаты своих работ опубликовал в «Записках Архангельского общества естествоиспытателей».

 rudnik-03

Чебоксаров Борис Николаевич 4.04.1911— 31.07.1987. Инженер— микробиолог. Родился в г. Лозанна, Швейцария. Окончил Московский государственный университет. Работал в НИИ им. Тимирязева. Осужден в 1937 г. по подозрению в шпионаже. Работал на Асфальтитовом руднике мастером (1941), технологом (1945), начальником обогатительной фабрики (1949).

 

rudnik-04

Удостоверение Чебоксарову Б. Н. и Урсегову С. Ф. на техническое усовершенствование «Перевод цикла измельчения и классификации обогащения вкрапленных асфальтитовых руд на поточный метод работы».

 

Аносов Алексей Алексеевич 1881-?. Родился в г. Воронеже в семье городского головы и почетного мирового судьи Воронежского округа. Окончил ПГИ с отличием (1910). Занимался гидрогеологическими изысканиями. С 1918 г. работал на нефтяных промыслах в Астрахани, Татарии, Грознефти. Арестован и осужден в 1929 г. по ст. 58-4,7 на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Работал в Ухтпечлаге геологом, колонизован в 1932 г. Один из первооткрывателей Седъельского газового месторождения.

В 1933 г. на левом берегу реки Ижма чуть ниже ее слияния с речкой Лег-Кем началось сооружение рудника для разведки и дальнейшей промышленной эксплуатации месторождения асфальтитов. Был создан отдельный лагерный пункт № 5 (ОЛП- 5), как подразделение Ухтижемлага с численностью заключенных до 500 человек. Собственно зон было две: одна у тракта Ухта – Троицко-Печорск, заключенные которой строили этот тракт, другая внутри поселка, где содержались рабочие и ИТР рудника. Рядом для обслуги лагеря и вольнонаемных в 1934 г. был построен поселок с названием «Асфальтитовый рудник», который административно вошел в состав Изваильского сельского Совета.

До открытия месторождения у д. Нямед твердые асфальтиты такого качества не добывались в СССР вообще. Сходный по качественным параметрам природный американский гильсонит долгое время ввозился из-за границы ввиду острой нужды в нем. Открытое на территории Коми АССР месторождение асфальтитов имело в то время общегосударственное значение, и ему уделялось внимания не меньше, чем месторождениям углеводородного сырья – нефти и газу.

«Нахождение на территории Союза гилъсонита представляет особенно большой интерес для таких отраслей промышленности как электротехническая, где гилъсонит применяется благодаря его высоким электроизоляционным свойствам, а также лакокрасочная, где гилъсонит служит основой производства высокосортных лаков и эмалей. Известна также способность гилъсонита значительно улучшать качество битумов, повышая их стойкость по отношению к атмосферным и другим влияниям. Эти качества и значение гилъсонита побуждают к более энергичным по искам новых месторождений, а также форсированию обследования запасов и приступить к разработке месторождений Ухтинского района», – читаем в сборнике статей «Нефти, битумы и газы в некавказских месторождений СССР», выпущенном под редакцией А. С. Великовского и С. Н. Павловой в 1934 г. государственным научно-техническим горно-геологонефтяным издательством в Москве.

Открытое месторождение получило название «Ижемское месторождение вкрапленных асфальтитовых руд».

Асфальтит добывали шахтным способом с глубины до 25 метров. Но пробуренные разведочные скважины показывали, что глубина продуктивного пласта достигала 50 метровой глубины. Сечение выработки составляло 2,5-3 метра. Пласты разрабатывали с помощью отбойных молотков, по необходимости с помощью направленных взрывов. Руду с вкраплениями асфальтита поднимали на поверхность вначале с помощью бадеек и примитивного ворота, позже проложили рельсы для вагонеток, имевших V образную форму. Руда шла на обогатительную фабрику, где его отделяли от породы, сушили, дробили и получали черный порошок. Пустая порода шла на строительство тракта Ухта –Троицко-Печорск. На высоком берегу Ижмы рядом с развалинами обогатительной фабрикой до сих пор сохранилось металлическое сооружение, по всей видимости, служившее примитивным очистным отстойником перед сбросом отработанной воды в реку.

«В первые годы работы рудника обогащение велось чрезвычайно примитивными способами во взвесях доломитовой муки и растворах поваренной соли с ручным перемешиванием. Разрабатывались только богатые участки с содержанием в руде не ниже 5 % высококачественных асфальтитов. Общие потери асфальтита при добыче и обогащении превышали до 50 %» –писал в своем отчете в 1963 г. геолог Л. А. Вокуев, работавший на руднике с 1958 по 1965 г. И, тем не менее, уже в 1939 году по данным историка А. Н. Кустышева, добыча асфальтита достигла 270,7 тонн чистого сырья.

Это было исключительной заслугой заключенных специалистов и рабочих рудника. Из многочисленных этапов отбирали инженерно-технических работников и рабочих, до ареста имевших производственный опыт в химической и горнорудной промышленности, шахтеров, горнопроходчиков, электриков, плотников, механиков и т.д.

Разными этапами конвоировали в ОЛП № 5 людей трагических судеб. Но все они встретились на Асфальтитовом руднике.

Б. Н. Чебоксаров был специалистом высокого уровня, энциклопедически образованный, с пытливым умом ученого, изобретатель и рационализатор. Он не мог работать без технических усовершенствований производства. Свидетельство тому многочисленные удостоверения на рационализаторские предложения, технические разработки, авторские свидетельства на изобретения. Его труды печатались в зарубежных научных изданиях. Он принимал активное участие во внедрении научно-технических разработок на асфальтитовом руднике, позже на Ярегском месторождении тяжелой нефти при производстве титана. Ему принадлежит идея применения метода флотации при обогащении асфальтитосодержащей руды. Этот метод был впервые внедрен на Асфальтитовом руднике 1940 г., а в 1944 метод обогащения в тяжелых жидкостях был заменен методом селективного измельчения.

Незаменимым помощником во всех производственных делах Бориса Николаевича был Урсегов Сергей Филимонович (1919-1969, родился в г. Ижевске), дипломированный химик, долгие годы возглавлявший химическую лабораторию рудника, без которой любое производство такого характера невозможно, затем обогатительную фабрику. Рядом с ним работали лаборанты, по праву разделявшие с ним все успехи лаборатории.

Коллектив лаборатории рудника, слева направо : Г. Г. Чебоксарова, М. Вяткина, С. Ф. Урсегов, О. И. Алейникова, Н. Матвеева

rudnik-05

 rudnik-06

Тиктинский Гилель Давидвич 14.04.1908—17.01.1963. Родился в г. Могилеве. Окончил Ленинградский химико-технологический институт (1931). Осужден в 1938 г. по ст. 58–10 на 10 лет. Работал на Асфальтитовом руднике. Освобожден в 1947, реабилитирован в 1955 г. Похоронен на Загородном мемориальном кладбище г. Ухта. На фото Г. Д Тиктинский, слева А. Е. Шмелев

Любое внедрение передовых технологий невозможно без расчетов, обоснований и анализа экономического эффекта. Рядом с Чебоксаровым всегда был его друг и единомышленник Тиктинский Гилель Давидович, выпускник Ленинградского химико-технологического института с дипломом инженера-плановика, до ареста возглавлявший планово-экономическую службу комбината «Апатит» на Кольском полуострове. Специалист, досконально знавший экономику и планирование горнорудной промышленности, Тиктинский более 20 лет руководил планово-экономическим отделом управления рудника.

Бухгалтерами работали Василий Васильевич Клещин, педагог по образованию, с 1941 г. до закрытия и Степан Андреевич Мелешин.

Начальником коммутатора работал Петр Семенович Чертов, выпускник Киевской военной школы связи, участник Великой Отечественной войны с 1941 по 1945 г. и награжденный пятью правительственными наградами, в том числе орденами «Красной Звезды» и Отечественной войны 2-й степени. После войны был судим военным трибуналом, срок отбывал на Асфальтитовом руднике.

Одним из специалистов на руднике был Закурдаев Петр Сергеевич, выпускник одной из московских военных академий, полковник, до ареста в 1937 г. служил в комендатуре Кремля. Отсидев срок в других лагерях, на Асфальтитовом руднике отбывал ссылку вместе с женой Надеждой Павловной, освободившейся из лагерей в конце 1940- х и добившейся права находиться в ссылке рядом с мужем.

В геологической службе рудника работали Павел Матвеев, Зосима Иннокентьевич Цзю, Александр Николаевич Полухин, Л. А. Вокуев. Профессиональное становление Полухина состоялось на руднике. Молодым специалистом он приехал на рудник в 1950 г. с Урала. Рядом с такими специалистами как Матвеев и Цзю, он быстро изучил производство, возглавил комсомольскую, а позже и партийную организации. Он был последним начальником рудника.

Рабочий коллектив рудника выполнял и перевыполнял плановые задания, производственные показатели росли, в каких бы тяжелейших условиях не приходилось работать. Забойщик рудника, заключенный Ковтун Алексей Арсентьевич был удостоен звания «Ударник ухтинец» еще в 1936 году. Труд был каторжный, заключенные умирали часто. Их тела без гробов вывозили на телегах на левую сторону тракта. Расчистка трассы под газопровод Вой-Вож – Ухта стерла с лица земли это кладбище. Не отмечено это скорбное место даже памятной табличкой.

 rudnik-07

Полухин Александр Николаевич 19.12.1931— 3.06.1996. Председатель Коми Обкома профсоюза работников нефтяной, газовой и строительной отраслей промышленности (1972— 1986). Родился в Свердловской области. В Республике Коми с 1950 г. Работал на руднике маркшейдером и начальником асфальтитового рудника. Почетный нефтяник, заслуженный работник народно хозяйства Коми АССР.

Внедрение новых методов обогащения, по свидетельству Леонида Аристарховича Вокуева, позволило начать переработку так называемых бедных руд с содержанием асфальтита около 1 % и поднять коэффициент извлечения асфальтита из руды до 80- 87 %. Асфальтит отправляли для дальнейшего использования за пределы Коми АССР в основном на черные лаки, чтобы использовать как изоляцию проводов, для покраски кузовов автомобилей и даже роялей, а также на изготовление асфальтитовых битумов. С началом войны потребность в асфальтите повысилась в связи с его применением при производстве взрывчатых веществ.

Руководство Ухтокомбината ужесточило требования к коллективу рудника. На одном из совещаний у начальника Ухтокомбината Бурдакова в 1946 г. прозвучало: «Коллектив асфальтитового рудника может и должен значительно перекрыть плановые задания по выпуску готового асфальтита, стараясь довести его до 300 тонн, наряду с повышением кондиции асфальтита. Перед специалистами также стоит задача быстрейшей разработки более совершенного метода флотации, который обеспечивал бы более полное извлечение асфальтита из руды и повышение его качества».

Плановые задания на 1946 г. по добыче асфальтита были заложены в объеме 240 тонн. Выполнение за 11 месяцев составило 272 тонны, а к концу года – 290 тонн.

Из-за несовершенной технологии себестоимость добываемого асфальтита была высокой, а само производство весьма затратным, даже при бесплатной рабочей силе. Тонна добычи стоила до 648 рублей. Асфальтитовый рудник дважды консервировали. Первый раз в 1948-1950 гг. Тогда обе зоны ОЛПа № 5 были ликвидированы, а не отбывших свои сроки заключенных отправили в другие лагеря.

С самого начала работы рудника руководили производством офицеры госбезопасности. Заметный след в истории и рудника и поселка оставили Николай Михайлович Мамонтов, позже начальник Ухтинской ТЭЦ и Алексей Ефимович Шмелев, руководитель одного из строительных управлений Ухтокомбината в Ухте. Главными инженерами работали В. А. Барабанов и С. Н. Ольшванг. Последний в середине 1960-х стал главным инженером дирекции «Стройнефтегаз» и успешно работал до выхода на заслуженный отдых.

После первого закрытия производства люди спешно начали разъезжаться по близлежащим поселкам: на Вой-Вож, Крутую, Нижнюю и Верхнюю Омру, в места прежнего проживания. Туда, где была работа и жилье. Асфальтитовый рудник перестал быть лагерным поселком. Лагерные бараки спешно переоборудовали под жилье для семей тех, кто остался. В здании управления лагеря разместился поселковый Совет.

Но вскоре рудник заработал снова и многие семьи возвратились. Вторую остановку производства на руднике в 1953-1954 гг. жители поселка пережили намного труднее. Остановили электростанцию, единственный источник электричества. Поселок погрузился во тьму на долгие месяцы. По решению руководства Ухтокомбината рудник возобновил добычу асфальтита в 1954 г.

Все взрослое население Асфальтитового рудника было так или иначе связано с добычей асфальтита. Работали электростанция, обогатительная фабрика, пилорама, баня, три магазина (продуктовый и промтоварный), сельпо, столовая, амбулатория. Две школы – начальная с интернатом для детей из близлежащих деревень и восьмилетняя.

В самые трудные послевоенные годы директором школы работала Пучина Эмма Томовна, удивительный педагог. Выпускники восьмилетней школы из захолустья поступали в столичные техникумы и институты. С мужем, Эдуардом Петровичем, работавшим в управлении рудника, они составляли интеллигентную, добросердечную пару.

Функционировали на Асфальтитовом руднике коммутатор, почта, содержался автомобильный и гужевой транспорт, пожарная часть. Работали ясли и детский сад, летний стадион с деревянными двухъярусными трибунами. И, конечно же, поселковый клуб с киноустановкой – сосредоточие всей культурной жизни поселка. Лагерный плац превратили в детскую площадку с деревянной каруселью, качелями, «гигантскими шагами», песочницей и другими простенькими вертушками и качалками. Рядом с клубом построили для детей высокую деревянную горку, тут же городошную и летнюю танцевальную площадки. Зимой на р. Лег-Кем рядом с пожарной частью заливали каток. Летом с увлечением удили рыбу в Ижме, куда нередко заходила семга. Любители охотились в тайге, женщины и дети собирали грибы и ягоды практически рядом с домами. Содержали скот и птицу, с энтузиазмом развивали огородничество. Работали в поселке и промысловики-охотники из числа местного населения.

Сотрудники управления рудника. 1952 г. Фото из архива Г. Г. Тиктинской

rudnik-08

Жили, много работали, обустраивали поселок в первое послевоенное десятилетие и воспитывали детей семьи Бочаровых, Графовых, Алейниковых, Мартынюк, Ковалевых, Лобатых, Свириденко, Романчук, Мелешиных, Крымских, Проскуниных, Сухих, Широковых, Камайгородских, Салахли, Поповых, Жуковских, Ефтеевых, Бурдиных, Поздеевых, Кудлачевых, Зайцевых, Поляковых, Ашихминых, Пинчук, Жуковых, Баклановых, Чапаевых, Матросовых, Мышкиных, Потапчук.

С возобновлением работы рудника поселок в 1955 г. был газифицирован от газопровода Вой-Вож – Ухта. 21 июля 1958 года поселок Асфальтитовый рудник стал центром сельского Совета, в который вошли село Изваиль, деревни Лайково, Гажа-Яг и Лач. Значительно позже со строительством железнодорожной ветки Сосногорск – Троицко-Печорск на территории сельского Совета образовались еще два населенных пункта – станции Кэмбор и Чемкосаёль.

В начале 1960-х годов поселок начал застраиваться, появились двухэтажные деревянные дома, несколько сборно-щитовых и частных домовладений. Поселок содержался в исключительной чистоте и санитарном порядке.

 rudnik-09

Бывший цех обогатительной фабрики. 2006 г.

Интенсивное развитие Ярегского месторождения тяжелой нефти и новейшие достижения в области ее переработки позволили получать искусственные битумы. Нужда в природном асфальтите отпала окончательно.

В мае 1968 года асфальтитовый рудник ликвидировали, причем варварским способом – затопили. По свидетельству очевидцев, со всем имеющимся там оборудованием. Это было самое простое решение, ведь добыча в шахте велась по наклонным выработкам и штрекам ниже уровня вод р. Ижмы.

В первую очередь уехали специалисты и квалифицированные рабочие. Уезжали на Ярегу, на Нижний Одес, на Вой-Вож и в Ухту, в другие регионы страны. Население поселка становилось другим.

В 1976 г. в республике прошла кампания по переименованию населенных пунктов. Исторические названия заменялись национальными. Поселок Асфальтитовый рудник получил название Кэмдин. Перед властями Ухтинского района встал вопрос – чем занять население поселка?

С входящими в сельский совет населенными пунктами вопросов не возникало. Население исконно занималось сельхозпроизводством, держало подсобные хозяйства. В Кэмдине насчитывалось 163 подсобных хозяйства, в Изваиле – 37, в Лайково – 45, в Гажа-Яге – 30, в Лаче – 14, на станциях Кэмдор и Чемкосаёль – соответственно 19 и 1. Всего по сельсовету к середине 1970-х числилось 683 жителя, из них 387 работающих. Сельское население, объединенное в 3 бригады, работало во II отделении совхоза Изваильский, в котором содержалось 100 голов дойных коров, от этого стада в год получали в среднем до 400 тонн молока. Разводили до 200 голов племенного молодняка крупного рогатого скота. В Изваиле специализировались по выращиванию «ремонтного» молодняка, численностью до 100 голов. Сельхоз-угодья составляли полторы тысячи га, 70 % из них пастбища, остальное – пашни.

 rudnik-10

Дом барачного типа на Асфальтитовом Руднике

Решение вопроса с трудоустройством населения п. Кэмдин было найдено. Крутянский ЛПХ объединения «Ухталес» пришел в Кэмдин. И хотя само предприятие находилось в п. Верхне-Ижемский на территории Вой-Войжского поселкового Совета и не имело производственных участков в поселке, ему были переданы на баланс государственные жилые дома, здания двух магазинов, столовой на 25 мест, клубное учреждение, баня, восьмилетняя школа, ясли-сад и т.д. Дизельная электростанция принадлежала также ЛПХ. Население начало заниматься лесозаготовками. Кроме того, Изваильское лесничество открыло в поселке небольшой цех товаров народного потребления с годовым объемом выпуска продукции до 70 тысяч рублей.

Коммутатор с ручным соединением был заменен автоматической телефонной станцией на 100 номеров. В школе учились до 80 человек, в интернате при школе на полном государственном обеспечении проживали 22 ребенка. Порядка 40 детей дошкольного возраста посещали ясли-сад. Работал клуб, библиотека, фельдшерско-акушерский пункт, комплексный приемный пункт бытового обслуживания. На общественных началах работали товарищеский суд, женсовет, добровольные народная и пожарная дружины, родительский комитет, партийная и комсомольская организации. На выборах 24 февраля 1980 г. был избран сельский Совет из 20 депутатов.

Начавшаяся перестройка фактически оставила Кэмдин без перспективы. Крутянский ЛПХ свернул все работы по лесозаготовкам в этом районе. Цех ширпотреба закрыли. Сельхозпроизводство из-за оттока молодежи и отдаленности от центральной усадьбы с её перерабатывающими мощностями практически сошло на нет. Жилые дома и объекты соцкультбыта пришли в полную негодность.

Поселок Кэмдин – единственный из лагерных поселков в Ухтинском районе, до недавнего времени сохранявший свой первозданный облик. В бывших лагерных бараках по-прежнему жили люди, здания яслей-сада, клуба, школы, магазинов стояли со дня основания. Почтовое отделение почти 60 лет находится в маленьком помещении бывшей лагерной вахты. Такие населенные пункты принято называть неперспективными. И тем не менее, перестав быть шахтерским поселком, а затем и поселком лесозаготовителей, Кэмдин продолжает жить.

Вначале 2000-х годов снесли старые магазины, рядом открылся новый, частный. Обветшавшее здание яслей-сада уступило место новому. Разобрали клуб, на его месте возвели новое здание школы. Начался снос барачного жилья. В 2007 г. проложили новый водовод. Запланировано строительство жилого дома для ветеранов. Строятся частные подворья.

Возможно, когда-нибудь вновь потребуется природный асфальтит, и у Кэмдина появится перспектива вновь стать шахтерским поселком.

Г. Г. Тиктинская

Двухэтажные деревянные дома в Кэмдине

rudnik-11